Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
21:37 

По воле небес. Глава 6

Akemi Hatake
«Человек, познавая любовь, рискует познать ненависть»(с) Мадара Учиха.
Название: По воле небес
Автор: Akemi Hatake
Бета: Madara Uchiha
Пейринг: Какаши/НЖП, Саске, Наруто, Орыч и др.
Жанр: а черт его знает
Рейтинг: ну, скажем, на NC-17 пока не тянет. Но все может быть О_о
Фендом: Naruto
Статус: в процессе
Дисклеймер: не мое, я только играюсь
Размещение: да ради Бога, мне не жалко, только с этой шапкой
Предупреждение: присутствует нецензурная лексика, за это отдельное спасибо Хидану. И есть небольшое количество ООС отдельных персов.
От автора: да-да, я пишу редко, зато метко О_о, в том смысле, что бреда большего, кроме как здесь, нигде не прочитать =_=. Да, я псих и порой могу выдумать такое, что сама ох*еваю от своих выдумок. Сильно тапками не бить, горьким ядом не поить, матом не обкладывать – мне и Хиди-чана хватило О_о
И, да, отступление от канона.
Предыдущие части:
akemi-hatake.diary.ru/p166799369.htm?oam#more1 Глава 1.
akemi-hatake.diary.ru/p166799648.htm?oam#more1 Глава 2.
akemi-hatake.diary.ru/p167008345.htm?oam#more1 Глава 3.
akemi-hatake.diary.ru/p168828015.htm?oam#more1 Глава 4.
akemi-hatake.diary.ru/p178738529.htm?oam#more1 Глава 5.

Наруто искал Хинату по всей Конохе и злился на весь белый свет, так как Хьюга упорно не находилась. Наконец Узумаки догадался прогуляться по тренировочным зонам и, - о, чудо! - Хината обнаружилась на том самом месте, где когда-то команда №7 пыталась забрать у Какаши колокольчики.



От нахлынувших воспоминаний стало паршиво, но джинчурики быстро взял себя в руки. Ничего, он вернет Саске домой! И Акеми он тоже вернет! Иначе он не Наруто Узумаки – будущий Хокаге!
Взбодрившись, Наруто подошел к девушке, которая даже не заметила его, тренируясь в тайдзюцу.
- Хината! – радостно завопил Узумаки, чем до смерти напугал девушку.
- Н-наруто-кун? – заикаясь, пролепетала Хьюга, моментально краснея.
- Слушай, нам надо серьезно поговорить! – Наруто схватил ее за руку. – Идем со мной!
Совсем растерявшись от такого напора и не зная, что же ей делать, Хината не придумала ничего лучше, как брякнуться в обморок. Вовремя подхватив девушку, Узумаки мягко опустил ее на землю.
- Хината, очнись! Ты что? – позвал он, легонько шлепая по щекам Хьюгу.
Хината не реагировала.
«А вдруг у нее случился сердечный приступ из-за того, что я ее нечаянно напугал? – ужаснулся блондин и приложил ухо к груди девушки. – Да нет, вроде, бьется…»
- Н-наруто-кун, - раздался слабый голосок.
Узумаки поднял голову и, увидев ошеломленный взгляд Хинаты, переполошился:
- Хината, ты не то подумала! Я вовсе не… да что же это такое-то?!
С тоской посмотрев на вновь отключившуюся девушку, Наруто почесал затылок. Такими темпами они и до вечера не доберутся до дома Какаши. Подумав, Узумаки взял Хинату на руки и помчался к дому сенсея. Какаши умный, он придумает что-нибудь.

Какаши как раз заваривал рамен, когда раздался стук в дверь. Весьма нетерпеливый, стоит заметить. Догадываясь, а точнее – зная, кто это может быть, ведь джонин сам пригласил этого человека, Хатаке пошел открывать. Жизнь приучила его ничему не удивляться, поэтому Копирующий спокойно воспринял тот факт, что ворвавшийся в комнату Наруто держал на руках Хинату. Не только Какаши догадывался о чувствах Хьюги к Наруто – многие замечали, какие взгляды Хината порой бросала на Узумаки: нежные… любящие. А блондин их будто бы и не замечал. Или не хотел замечать. Хатаке был уверен, что, скорее, первое, чем второе. Джинчурики никогда дальше своего носа не видит.
Мысленно назвав своего ученика жирафом, Какаши посторонился.
- Какаши-сенсей, я не понимаю, что с Хинатой происходит, - пожаловался Наруто, осторожно опуская Хьюгу на диван. – Каждый раз, когда я к ней обращаюсь или просто посмотрю на нее – она падает в обморок!
Копирующий лишь вздохнул и, закрыв входную дверь, с чувством произнес:
- Ты идиот, Наруто…
- Почему это? – возмутился джинчурики, но тут же забыл обо всем, так как его чуткий нос уловил запах свежезаваренного рамена.
– О, Какаши-сенсей, Вы тоже едите только лапшу?
Хатаке чуть было не брякнул, что он далеко не поклонник этой гадости, но вовремя прикусил язык, предугадывая реакцию Наруто на слово «гадость».
- Нет, Наруто, я же знаю, что ты очень любишь рамен, вот и подсуетился. Тем более что ты ничего не ел, с тех пор как мы вернулись с последней миссии.
- О, Какаши-сенсей, Вы так заботитесь о будущем Хокаге, - просиял Наруто, – Вы самый лучший сенсей на свете!
- Странно, нечто похожее я слышал недавно, когда Умино угощал тебя в Ичираку… - задумчиво потер подбородок Копирующий.
Закинув руки за голову, Узумаки смущенно заулыбался, не зная, что на это ответить. Из неловкой ситуации его спасла Хината, которая резко села на диване и удивленно огляделась.
На время забыв о рамене, Наруто бросился к ней и, плюхнувшись рядом, протараторил:
- Хината, только не падай в обморок, дай мне сначала сказать! – и он поведал о том, что ему удалось разузнать на последней миссии.
А именно: что их общая подруга детства жива. Какаши дополнял рассказ Узумаки некоторыми деталями, не забыв упомянуть, что пока не стоит никому сообщать о найденной информации. Хьюга не верила своим ушам, она была настолько поражена, что забыла о своем стеснении перед Наруто.
- Как это возможно? – прошептала девушка, когда Наруто замолчал. – Вы… уверены?
Копирующий кивнул:
- Да, это точно Акеми Айно. Посмотри сама, - и он протянул ей документы, нагло выкраденные из найденной папки.
Пока Хината изучала бумаги, Узумаки быстренько слопал рамен и теперь без зазрения совести опустошал холодильник своего сенсея, на что последний лишь тяжело вздохнул, зарекшись никогда больше не приглашать джинчурики в гости.

Из кабинета Пейна ты вышла в весьма скверном настроении. Лидер долго, от души, орал на тебя за сегодняшнее. Когда выдохся, заявил, что примет тебя в организацию, но только после трехэтапного экзамена, после чего в красках расписал эти самые этапы. Против двух ты ничего не имела, но категорически отказалась от поединка с Тоби. Успокоившийся было Пейн снова начал орать, но ты не желала отступать, мотивируя свой отказ от поединка тем, что можешь не сдержаться и прихлопнуть чудика. Лидер как-то странно на тебя посмотрел, как будто сильно сомневался в том, что ты сможешь одолеть Тоби. В общем, спорили вы долго, пока Пейн не сдался и не велел тебе идти собираться на миссию с Какудзу и Хиданом. Так как Сасори погиб, теперь Какудзу контролировал шпионов организации, и вся информация доставлялась ему лично, а уж он решал, что с ней делать. Ты понимала, что не так-то просто перехватить шпиона главбуха, но выбора не было.
Прикидывая, как можно завоевать доверие Какудзу, ты направилась в свою комнату, по пути с кем-то столкнувшись. Подняв глаза, увидела Хидана с неизменной маньячной ухмылкой на губах.
- Смотри, куда прешь! – рявкнула ты.
- Ротик-то прикрой, - окрысился фанатик. - Совсем страх потеряла! Отодрать бы тебя как следует, чтобы сбить всю спесь… признайся, Такара, ты же хочешь, чтобы я тебя отодрал?
Ты поперхнулась воздухом:
- Да пошел ты...
- Кстати, я слышал, что у Орочимару очень длинный язык… давай, персик, расскажи мне, что он им делал, а? - заржал Хидан, затем пошло ухмыльнулся.
Ты почувствовала, что начинаешь закипать, руки непроизвольно сжались в кулаки, глаза метали молнии. Хотелось хорошенько врезать по этой наглой физиономии, да так, чтобы фанатик потом собирал свои зубы по всему земному шару. Чем шире Хидан ухмылялся, тем меньше оставалось желания сдерживать себя.
- Тебе лучше сейчас извиниться, - проговорила ты, со злостью смотря на него.
- Никогда в жизни не извинялся, - фыркнул Хидан. – И перед тобой не буду!
- Ну, тогда держись! – ты бросилась на фанатика, и твой кулак смачно впечатался в его скулу.
Не ожидавший такой быстрой атаки Хидан отлетел на пару метров, громко матерясь, после чего потянулся за своей косой, но его рука оказалась в стальной хватке. Обернувшись, фанатик встретился с холодным взглядом своего напарника.
- Не мешай мне, Какудзу! – недовольно рявкнул Хидан.
- Потом разберетесь, когда миссию выполним, - Какудзу сурово посмотрел на тебя. – А сейчас мы должны отдохнуть, поэтому разошлись по своим спальням!
- Какого х*я ты тут раскомандовался? – взъерепенился почитатель Дзясина.
- Заткнись! – приказал напарник. – Иначе я убью тебя!
- Как будто это возможно! – хмыкнул Хидан.
- Какудзу-сан, - обратилась ты к главбуху. – У меня есть предложение: давайте отрубим Хидану голову и будем потом показывать ее на какой-нибудь ярмарке. Представляете, сколько прибыли принесет говорящая голова?
- А это идея! – одобрил Какудзу и задумался.
- Эй-эй, вы чего? – заволновался Хидан. – Какудзу, ты же не думаешь об этом всерьез?
- А почему нет? – спокойно поинтересовался нукенин. – Хоть какая-то польза будет от твоей болтовни.
- Вот и я о том же! – важно кивнула ты.
- Захлопнись! – повернулся к тебе фанатик.
- Тебя что, не учили, как нужно с девушками разговаривать? – возмутилась ты.
- А ты здесь где-то видишь девушку? – приподнял бровь Хидан. – Какудзу, видишь девушку?
- Свали уже наконец! – не выдержал напарник. – Иначе я воплощу идею с «говорящей головой» в реальность!
Фанатик обиженно посмотрел на Какудзу, затем развернулся и гордо направился в свою комнату.
- Он что, обиделся? – хмыкнула ты.
- Мне все равно, обиделся или нет, - ответил Какудзу. – На его болтовню это никак не повлияло, так что завтра Хидан будет трещать как обычно. Сбор в пять утра около входа. И будь хорошей девочкой, иначе я убью тебя.
Одного холодного взгляда было достаточно, чтобы ты вздрогнула, а колени подогнулись. По телу поползли мурашки, инстинкты вопили об опасности. Еще никто не вселял столько ужаса, как этот шиноби, хотелось бежать от него на край света.
- Как скажете, Какудзу-сан, - проговорила ты, стараясь взять себя в руки.
Главбух лишь кивнул, после чего направился по коридору в сторону своей комнаты. Привалившись к стене, ты еле слышно выдохнула.
«С ним играть опасно… он не будет терпеть мои выходки – убьет сразу! Что ж, буду максимально серьезной».

Было темно, когда Хината покинула дом Какаши. Девушка до сих пор была не в себе от таких неожиданных известий. Хьюга всегда помнила о своей лучшей подруге, но со временем смирилась с тем, что Акеми больше нет, а сейчас выясняется…
Хинате хотелось верить, что подруга детства вернется, но она понимала, что Акеми уже не будет той, какой ее знали. С тех пор много времени прошло, они выросли, и кто знает, чему научил Акеми Орочимару. Наруто обещал, что вернет Айно в Коноху, а своих слов он никогда не бросал на ветер. И Хьюга верила ему, всегда верила. Гиперактивный ребенок, которого ненавидела вся деревня. Мальчишка, поклявшийся, что его признают. Узумаки Наруто, который, не обращая внимания на открытую неприязнь жителей, упорно идет к своей цели - стать Хокаге. Именно это его упорство и желание никогда не сдаваться и привлекли Хинату – качества, которых ей так не хватало. Девушка всегда восхищалась Наруто и старалась ни в чем не отставать от него, но он никогда ее не замечал. Вернее, замечал, но не так, как ей того хотелось бы. Хьюга помнила все те редкие моменты, когда Наруто к ней обращался или просто задумчиво на нее смотрел, и корила себя за то, что у неё нет смелости признаться ему в своих чувствах. Хината знала, что Узумаки влюблен в Сакуру, а та – в Саске, и она искренне не понимала, как можно любить высокомерного холодного брюнета, а не солнечного веселого блондина. Потом Саске покинул деревню, и Наруто тут же бросился за ним вдогонку. Хинате стало плохо, когда она увидела, что случилось с Наруто. Тайком Хьюга носила цветы в палату Узумаки, в глубине души надеясь, что он все поймет и, возможно, даже ответит на ее любовь, но этого не случилось. Неджи давно понял, что его сестра безответно влюблена в Наруто, и порой ему хотелось открыть глаза на ее чувства непонятливому блондину, но Хината просила никому об этом не говорить, и Неджи молчал. Молчал, мысленно обзывая Узумаки всеми крепкими словами, какие только знал. Девушка даже была удивлена тем, насколько брат стал о ней заботиться. И это заслуга Наруто - Солнца Конохи, как теперь называли его жители. Солнца, до которого ей никогда не дотянуться, но которое греет ее своими лучами…
- Эй, Хината, подожди! – внезапно раздался крик.
Хьюга резко обернулась и увидела, как к ней на всех парах мчится объект ее воздыхания.
Поравнявшись с девушкой, Узумаки широко улыбнулся:
- Давай я тебя провожу?
Хината моментально покраснела и, не в силах что-либо сказать, просто кивнула. Пока они шли, девушка позволила себе помечтать о том, что у них сейчас свидание. Ну, или его завершающая стадия. Вот сейчас Наруто проводит ее до дома, обнимет, прошепчет что-нибудь нежное и… поцелует.
А Узумаки смотрел на ее лицо, красиво освещенное луной, и вдруг подумал, что Хината стала очень привлекательной. Странно, что он раньше этого не замечал. Наруто было приятно вот так сейчас идти рядом с девушкой и просто смотреть на нее. Нет, не смотреть – любоваться. Любоваться каждой черточкой ее лица, любоваться, как ветер легко играет ее волосами…
Невольно блондин сравнил Хинату и Сакуру: небо и земля. Наруто казалось, что он любит Харуно, но сейчас ему стало кое-что ясно: то была детская влюбленность. А может и ее не было… Сакура любит Саске, а Узумаки всегда с ним соперничал, хотел доказать, что они на равных, что он ничуть не хуже Учихи. Быть может, поэтому ему казалось, что он влюблен в Сакуру?
Вздохнув, Наруто констатировал, что он совсем запутался в своих мыслях и, чтобы хоть как-то от них отвлечься, брякнул:
- Знаешь, Хината, а ты похорошела!
Девушка вздрогнула и недоуменно посмотрела на него. Затем до нее дошло, ЧТО сказал Узумаки, и она немедленно покраснела. Хорошо хоть, что в обморок не упала.
- С-спасибо, Наруто-кун, - едва выдохнула Хината. – Ты… ты тоже… очень…
- Ты изменилась, - внезапно продолжил Наруто. – И в гораздо лучшую сторону. Не только внешне – как ниндзя ты стала очень сильной. Я думаю, ты сможешь достичь и большего, только тебе немного не хватает уверенности в себе. И я слышал, что ты создала свою собственную технику и усиленно работаешь над ней. Ты молодец, Хината! Я сейчас тоже работаю над собственной техникой, о, она будет убойной!
Хьюга внимательно слушала все, что говорил Наруто, и буквально млела от его голоса. А он увлекся объяснениями, что именно создает. В основном, Наруто говорил словами Какаши, понимая, что сам объясняет из рук вон плохо. А так девушка быстрее его поймет. Постепенно Хьюга расслабилась и даже тихонько смеялась, когда Узумаки рассказывал что-то смешное, произошедшее на тренировках. Общение настолько увлекло молодых шиноби, что они даже не заметили, как подошли к кварталу Хьюга. Опомнились только у дома главы клана. Воцарилось неловкое молчание.
Первой его нарушила Хината, робко поблагодарив Наруто за чудесную прогулку. Узумаки тепло улыбнулся, чувствуя, что ему очень не хотелось бы сейчас расставаться с девушкой. Хьюга была одной из немногих, с кем блондин мог полностью раскрыться, не боясь остаться непонятым. Ему казалось, что Хината чувствует его, понимает и принимает таким, какой он есть, и это было приятно. Интересно, а каковы ее губы на вкус? Наверное, такие же мягкие и нежные, как она сама…
Наруто широко распахнул глаза, когда до него дошло, о чем он только что подумал, но желание проверить пересилило доводы рассудка. Надеясь, что Хината его не оттолкнет, Узумаки осторожно приобнял девушку за талию и ненавязчиво притянул к себе, словно давая ей шанс отступить, пока не поздно.
Благодаря Джирайе, который таскал Наруто по веселым кварталам в свободное от тренировок время, блондин многое узнал о технике поцелуя. А если быть точным: когда Наруто исполнилось пятнадцать, Джирайя заставил его научиться хотя бы целоваться, чтобы Узумаки не опростоволосился на первом свидании.
- Мой ученик должен уметь не только драться, - говорил извращенный отшельник.
Наруто долго сопротивлялся такому обучению, пока Джирайя за шкирку не притащил его в знакомый «чайный домик» и не заставил поцеловаться с какой-то девицей. Тогда Узумаки наорал на него, обозвал извращенцем и заявил, что у него нет времени на всякие глупости. Саннин поставил блондина перед выбором: или Узумаки сейчас параллельно с тренировками постигает науку обольщения, или может отправляться обратно в Коноху. О, сколько было шума! Веским аргументом, вынудившим Наруто согласиться, послужило упоминание о Сакуре. Ведь тогда Узумаки хотел завоевать ее внимание, и он не сомневался, что у него это получится.
Уж сколько нервов Наруто стоило это обучение… сам Узумаки умалчивает. Зато эро-саннин был до невозможности горд тем, что его ученик не опозорит себя на первом свидании. Да и своего знаменитого учителя тоже. Об остальном Джирайя планировал позаботиться, когда Наруто исполнится хотя бы семнадцать. Бедный Наруто…
Ну, а сейчас, ничего не подозревающий о коварном плане своего сенсея, джинчурики бережно прижимал к себе Хинату, ловя её ошеломленный взгляд.
- Можно? – тихо спросил Наруто.
Хьюга кивнула, борясь с волнением и зажмурившись. Она не могла поверить, что сейчас все это происходит с ней, ей казалось, что все это сон и лишь прикосновение влажных теплых губ говорило о реальности. Узумаки целовал ее осторожно, словно боялся испугать. Девушка робко положила руки на его грудь, ощущая под ладонями биение сердца любимого. Это был ее первый поцелуй, который виделся ей лишь во снах, но в реальности все было куда лучше и приятнее. Легкий укус, заставляющий приоткрыть губы, шустрое проникновение в глубь ее рта чужого языка, где он затевает игру с ее язычком… ласковые пальцы, гладящие щеку девушки. Все это заставляло дрожать от доселе незнакомых ощущений и сильнее прижиматься к тому, кто дарил их. Осмелев, Хината обняла Наруто за шею, пусть и неумело, но искренне отвечая на его поцелуй.



- Кхм, кхм, - вдруг раздалось за их спинами.
Девушка испуганно шарахнулась в сторону, вырываясь из объятий Узумаки, и резко обернулась. Прислонившись к дверному косяку и скрестив руки на груди, за её спиной стоял Неджи и странно смотрел на эту парочку.
- Привет, Неджи, - улыбнулся Наруто, разочарованный тем, что их прервали.
Хината же промолчала, боясь реакции брата.
- Извините, что помешал вам, - невозмутимо проговорил Неджи. – Но Хиаши-сама волнуется, что уже поздно, а Хинаты все еще нет…
- Неджи… - начала девушка, но брат прервал ее:
- Иди в дом. Я хочу поговорить с Наруто.
Хината неуверенно посмотрела на блондина, но тот тепло улыбнулся ей:
- Все будет хорошо, иди. Мы ведь завтра с тобой увидимся?
- Увидитесь, - ответил за девушку Неджи и, подойдя к Узумаки, продолжил. – Иди, Хината. Я просто с ним поговорю, не волнуйся.
Вздохнув, девушка робко поцеловала Наруто в щеку и вошла в дом, провожаемая нежным взглядом Узумаки.
- Наруто, - начал Неджи. – Могу я задать вопрос? У вас с Хинатой все серьезно?
Узумаки задумался, подбирая слова, затем ответил:
- Я не могу сейчас точно сказать, Неджи. Я не знаю, что нас ждет в будущем, но она мне нравится. Я понимаю, что ты волнуешься за нее, но поверь: я не сделаю ничего из того, что может не понравиться Хинате.
- Не в этом дело, - досадливо поморщился Хьюга. – Хината любит тебя, и любит уже давно. Но она свыклась с мыслью, что ты вряд ли обратишь на нее внимание. Сейчас, когда ты проявил к ней интерес, ты не мог не заметить того, как она на тебя смотрит. Если ты готов быть с моей сестрой, я буду только рад за вас, но если ты просто поддался мимолетному порыву, лучше отступи. Я не хочу потом видеть Хинату с разбитым сердцем.
Наруто удивленно смотрел на Неджи.
- Любит? Меня? Давно?
- С детства, - кивнул Неджи. – И ее никогда не волновало, что думают о тебе другие. К слову, Хиаши-сама знал, что вы общаетесь, но ничего не имел против. Он всегда был выше слепой ненависти и предрассудков. И кто бы что ни говорил – Хиаши-сама любит свою дочь и сделает все ради нее.
- Она меня любит, - бормотал Наруто, не обращая внимания на Неджи. – Так вот почему Хината так странно ведет себя… любит… с детства.
- Наруто? – обеспокоенно позвал Хьюга. – С тобой все нормально?
Внезапно Узумаки дебильно заулыбался, затем бросился обнимать опешившего Неджи:
- Спасибо, Неджи! Ты не представляешь, как я счастлив! Знаешь, я будто долго спал, а теперь проснулся!
- Прекрати меня обнимать! – возмутился Хьюга, выворачиваясь из хватки джинчурики.
- Передай Хинате, что я забегу к ней утром! – воскликнул Наруто и понесся по ночной улице со счастливым смехом, который перебудил полквартала Хьюга.
«И все же ни черта он не повзрослел, - подумал Неджи. – Ну, зато Хинате с ним явно не будет скучно».

Ты ворочалась на кровати, пытаясь уснуть, но бог сна не спешил дарить тебе свои сладкие объятия. В груди как будто что-то странно сжималось, дышать было трудно. Да, ты волновалась. Волновалась перед завтрашним походом, который приблизит тебя к достижению положительного результата твоей миссии.
«Интересно, что сейчас делает сенсей? – подумала ты. – Уже спит или, быть может, у него тоже бессонница?»
Когда у Орочимару была бессонница, он закрывался в своей лаборатории и никого не пускал. Даже тебя. Лишь однажды он разрешил тебе войти, когда у него было прекрасное настроение. Еще бы, ведь Орочимару было, что показать тебе: результат одного из своих опытов. Как впоследствии оказалось – сенсей делал это для тебя. Он прекрасно знал о том, что ты пытаешься догнать Саске по силе, и ему хотелось, чтобы ты осуществила свое желание. Одного твоего упорства было мало: ты не обладала таким количеством чакры, как Учиха, но Орочимару решил эту проблему, создав какой-то отвар, основанный на травах и… крови змеиного саннина. Как объяснил тебе потом Кабуто, кровь Орочимару не позволяла отвару конфликтовать с Проклятой печатью, а потому некоторые изменения прошли безболезненно. Твой запас чакры увеличился, хотя до Саске тебе все равно было далековато, организм стал выносливее, улучшились обоняние и слух. Соответственно, и сложные техники стали лучше даваться. Ты была безмерно благодарна сенсею, а Кабуто только хмурился. Он был очень удивлен тем, что Орочимару сделал такой подарок и ничего не потребовал взамен. Хотя, быть может, твоя верность была саннину наградой.
Вздохнув, ты перевернулась на спину. Поспать сегодня у тебя явно не получится. Может, пропустить стакан чаю, раз появилось время? Поднявшись с кровати, ты накинула халат и осторожно выскользнула в темный коридор. Пробираясь на ощупь, ты мысленно обругала Какудзу, который запрещал в это время пользоваться светом. Экономия, видите ли…
Однако на кухне свет горел, а за столом восседал Итачи и мирно попивал чаек. Вид, как всегда, невозмутимый, и в который раз ты спросила себя: а чувствует ли этот человек вообще что-нибудь?
- Тоже не спится? – внезапно спросил Учиха.
Неопределенно пожав плечами, ты сделала себе чай и уселась напротив Итачи, исподтишка его рассматривая. Учиха же смотрел куда-то тебе за спину, черные глаза ничего не выражали, да и весь вид говорил о том, что нукенин был мыслями где-то далеко.
- Итачи-сан, Вы, кажется, хотели поговорить со мной? – рискнула спросить ты.
Учиха медленно перевел взгляд на тебя, замер, словно к чему-то прислушиваясь, затем ответил:
- Да, хотел… - и снова молчание.
Ты смотрела на него, ожидая продолжения, но Итачи невозмутимо пил чай, как будто и вовсе забыл о твоем присутствии. Это начинало раздражать…
- Как там поживает мой маленький глупый брат? – вдруг спросил Учиха.
- Эээ… Саске? – брякнула ты. – Ну, не знаю, до моего ухода у него все было прекрасно.
- Он стал сильным? – равнодушно поинтересовался Итачи.
Ты недоуменно приподняла бровь:
- Вы что, о Саске хотели поговорить?
Учиха не удостоил твой вопрос ответом, продолжая спокойно прихлебывать чай из своей кружки.
«Ну, вот и как с ним контакт налаживать? – раздраженно подумала ты. – Саске хоть что-нибудь да ответил бы, а этот вечно молчит, словно воды в рот набрал!»
Вздохнув, ты решила ответить честно:
- Не знаю, что в Вашем понимании сила, но я так ни разу и не смогла победить Саске… хотя до Вас, Итачи-сан, ему как до луны пешком – далеко и долго.
И снова это раздражающее молчание…
«Позлить его, что ли?» - мелькнула безумная мысль, и ты брякнула:
- Итачи-сан, а зачем Вы зарезали весь свой клан?
В его черных глазах что-то промелькнуло и тут же пропало. Показалось?
- Захотелось, - ответил Учиха, хотя ты даже не надеялась на ответ. – Я же не спрашиваю тебя, зачем ты шпионишь для Орочимару.
Это было как удар под дых. Горло сжал панический спазм, дышать стало трудно, и из головы на секунду улетучились все мысли, кроме одной – бежать. Но ты пересилила себя. Он не может этого знать точно. Он просто проверяет. Прощупывает почву. Если бы он думал так всерьез, ты была бы уже мертва…
- Не понимаю о чем Вы, - холодно проговорила ты. – Я никогда не шпионила для Орочимару.
- Мне все равно, - Итачи прикрыл глаза. – Просто ты зря согласилась на эту миссию. Какудзу не из тех, из кого можно выбить информацию. Любой в этой организации ничего тебе не скажет. Вопрос в другом: как долго ты сможешь играть?
Теперь на тебя смотрел алый шаринган, и от этого сразу стало не по себе. Капля пота скользнула по виску, сердце бешено колотилось, пальцы сильнее стиснули кружку, по коже поползли противные мурашки, а тело предательски задрожало. В душу закрался страх. Что Учиха предпримет? Как он догадался? Где ты совершила ошибку?
- Пока нигде, - ты вздрогнула, услышав голос Итачи.
Он что, читает твои мысли?
- Тебе следует лучше следить за эмоциями, - с этими словами Учиха поднялся и направился к двери, но внезапно остановился и, не оборачиваясь, проговорил:– Не думай, что Тоби идиот. Он далеко не тот, за кого выдает себя… во всех смыслах, - после чего Итачи тихо выскользнул в коридор.
А ты еще долго сидела на кухне, приводя в порядок дыхание и мысли.

- Твою мать, Какудзу, долго нам еще тащиться? – в n-ый раз спрашивал Хидан.
Какудзу проигнорировал вопрос, а ты лишь закатила глаза. Вы шли второй день, и второй день у тебя из головы не выходил тот короткий разговор с Итачи. Ты не могла понять, почему Учиха не сдал тебя, и что означала его фраза про Тоби. И злилась. Ты всегда злилась, когда чего-то не понимала. В этот момент над вами пролетел ястреб, которого ты тут же узнала и быстро посмотрела на своих напарников: не заметили ли? Какудзу покосился на птицу, затем вновь уткнулся в карту, которую нес в руках. Хидан же вообще, казалось, ничего не замечает вокруг. Хотя нет, тебя замечает…
- Такара, скажи этому ублюдку, что надо отдохнуть! Я зае*ался уже пешочком тяпать!
- Сам скажи, - вяло огрызнулась ты. – Я не самоубийца! Это ты у нас бессмертный!
- К тебе Какудзу более благосклонен, - обиженно пробурчал фанатик. – А меня вечно посылает! Какудзу, почему ты еще ни разу не сказал Такаре, что убьешь ее?
- Молчание – золото, - ответила ты за напарника. – Я права, Какудзу-сан?
Нукенин кивнул, а Хидан сморщился:
- Ну и что эта х*ета означает? Какудзу, как это понимать?
- Заткнись, - коротко ответил Какудзу. – А то убью!
- Ну вот, опять! – фыркнул фанатик. – Как будто это возможно!
Ты не стала слушать, как напарники вступили в уже много раз отрепетированную словесную перепалку. Вместо этого начала оглядываться, прикидывая, как можно незаметно передать послание Орочимару через ястреба. Да, птица принадлежала ему. Банально отойти «в кустики»? Кроме этого ничего в голову не приходило.
- Такара, подойди! – приказал Какудзу.
Ты послушно приблизилась к нукенину, который достал вторую карту и протянул тебе. Развернув ее, ты посмотрела на отмеченные места.
- Это, - начал объяснять Какудзу, показывая на жирную красную точку, – твоя цель. Черными отмечены торговые точки. Слушай внимательно: твоя задача – убить этого шиноби, - и нукенин протянул тебе фотографию. – После чего ты отнесешь его тело к ближайшей точке и получишь за него 25 миллионов рю. Деньги обязательно пересчитай. И не вздумай с ними свалить, иначе я тебя и под землей найду! После того как получишь деньги, следуй к месту, отмеченному крестом. Мы будем ждать тебя там. Вопросы?
- Откуда Вы знаете, что этот шиноби сейчас… - только начала ты, но акацушник перебил:
- Никогда не сомневайся в моей информации. Если я говорю, что он там, значит, он там. Да, и на все у тебя пять дней. Опоздаешь – пеняй на себя, ты меня поняла?
- Это первый этап дурацкого экзамена? – приподняла ты бровь.
Какудзу хмыкнул:
- Считай, что да. Двухвостого мы и без тебя поймаем, а так сэкономим время и заодно разживемся дополнительными финансами.
Ты кивнула, затем еще раз внимательно осмотрела карту и, свернув ее, положила в карман.
- Увидимся через пять дней, Какудзу-сан, - отсалютовала ты и, запрыгнув на ветку, направилась в сторону будущих денежек организации.
- Люблю напарников, не задающих лишние вопросы и умеющих молчать, - хмыкнул нукенин, после чего пожалел о своих словах, так как до этого молчавший Хидан начал профессионально играть на его нервах.
Стоило тебе отдалиться на безопасное расстояние, как на твое плечо сел ястреб.
- Умная птичка, - хмыкнула ты, привязывая к его лапке отчет для Орочимару.

У тебя ушло ровно два дня на то, чтобы выследить свою цель. Шиноби явно профи в запутывании следов, но и ты не лыком шита.
Наконец догнав ниндзя, ты сходу атаковала его, но шиноби был не так уж и прост. Очевидно, он ожидал нападения, и ему не составило труда отбить твою атаку.
- Кто ты? – хмуро спросил он.
Ты не ответила, решив, что нет времени на болтовню: лучше поспешить. Какудзу по головке не погладит за опоздание. Правда, тебя удивило, что шиноби не использовал ниндзюцу: то ли считал, что ты не стоишь таких усилий, то ли был утомлен долгой дорогой… в любом случае тебе это только на руку. Мужчина итак доставлял немало проблем даже простым тайдзюцу.
Противник не оставлял попыток узнать, кто ты и зачем на него напала, но ответом не разжился, что его разозлило. Поворот, блок, удар! Еще один! Свист катаны где-то над ухом. Адреналин в крови, азарт в глазах. Жажда чужой крови… такой горячей и сладкой. Забываешь обо всем, полностью отдаваясь во власть боя. Кусанаги послушно следует движению руки, на его лезвии кровь… мало крови. Всего лишь царапина. Когда он уже выдохнется? Сколько в нем желания жить. Сколько в нем воли, что он сражается на последнем издыхании, как если бы был полон сил. Блок. Стремительное движение. Удар! Черт! Кусанаги вспахал землю, недовольно звеня. Лезвие жаждет больше крови… на сколько еще хватит этого шиноби? Нужно закончить все как можно быстрее, иначе рискуешь опоздать. Пускаешь чакру по лезвию, подпитывая ее энергией стихии. Кусанаги искрится. Всего один удар. Только бы не промахнуться…
Ты тяжело дышала, смотря на повергнутого противника у своих ног. Теперь можно расслабиться. Победа за тобой. С меча капают крупные капли чужой крови, оставляя на траве алые росинки. Ты смотришь в удивленно распахнутые глаза незнакомца, но в сердце лишь пустота. Ничего особенного, просто еще один противник на твоем счету. Аккуратно вытерев лезвие об одежду мертвого шиноби, ты любовно погладила Кусанаги и вложила в ножны. Затем развернула карту и, отметив ближайшую точку торговли, взвалила тело на свои плечи. Времени мало, нужно успеть.

Ты катастрофически опаздывала, проклиная все на свете, но больше всего - шиноби Конохи, так внезапно появившихся около торговой точки. Нет, сначала проблем не возникло: ты отнесла тело мертвого шиноби, получила за него деньги. Пересчитала, как учил Какудзу. Но стоило выйти на свежий воздух, как перед тобой возникли трое ниндзя. С какого перепугу они устроили облаву, ты так и не поняла, пришлось отбиваться. А точнее – сваливать, так как ты не была уверена, что сможешь осилить бой с противниками уровня джонина. Смылась ты виртуозно, благо опыт был. Ты вовсе не была трусихой, просто считала, что порой лучше отступить. Тем более, если перевес сил явно не в твою пользу.
«Какудзу меня прикончит!» - мрачно подумала ты, ускоряясь.
Лес кончился, и теперь перед тобой расстилалась равнина с редкими сухими деревцами и огромными валунами, а открывшаяся картина заставила резко остановиться и метнуться за дерево. Какудзу стоял напротив нескольких шиноби, а выглядел он… ты просто не представляла, как можно сделать из себя такое.



Ты перевела взгляд на противников. Копирующего ниндзя ты признала сразу: его знал любой уважающий себя шиноби. С типом, обладающим мокутоном, ты тоже раньше сталкивалась, у вас даже как-то произошел короткий бой. Остальных ты видела впервые. Хотя, когда твой взгляд остановился на блондине, примерно твоем ровеснике, ты почувствовала нечто странное: как будто ты знаешь его и, более того, вас что-то связывает. Помотав головой, ты отбросила дурацкую мысль: такого просто быть не может! Да и не об этом сейчас надо думать, а о том, что делать. Вмешаться или отсидеться? А если Какудзу убьют? Да и полоумного фанатика что-то нигде не наблюдается. С одной стороны, если ты сейчас вмешаешься, а Какудзу победит – доверие к тебе только возрастет. Если будешь отсиживаться, нукенин по головке потом не погладит. И попробуй докажи, что ты просто опоздала. С другой стороны, если вмешаешься, а Какудзу погибнет – будет очень сложно отбиться от врагов. Или же невозможно. Второе вероятнее всего. И тогда полный провал миссии…
Тем временем блондин пошел в лобовую на нукенина.
- Что это за техника? – изумленно прошептала ты, глядя на лихо крутящийся шар из чакры на ладони парня.
Да еще и вокруг шара вертелось нечто похожее на сюрикен, только из потоков ветра. Если попадет по Какудзу – ему точно конец!
Приняв решение, ты быстро сложила печати и ударила ладонями по земле:
- Стихия ветра, стихия молнии: двойной щит дракона!
В то же мгновение вокруг нукенина закружился ветер, образуя этакую сферу, которая полностью скрыла Какудзу с глаз, а цепи молний, накрывшие сферу, дополнили защиту. Против техники блондина щит устоял, но с большим трудом. Противник резво отпрыгнул назад, а ты, поправив маску, скрывающую пол-лица, быстро оказалась рядом с напарником.
- Ты опоздала, - первое, что сказал тебе нукенин.
- Возникли сложности, - отозвалась ты. – Я наткнулась на псов из Конохи, и пришлось немного подраться. Где Хидан?
- За него не переживай, - хмыкнул Какудзу. – А лучше сосредоточься на Копирующем. Я же займусь джинчурики.
- Это двухвостый? – полюбопытствовала ты, обнажая Кусанаги.
- Девятихвостый, - поправил нукенин. – Двухвостую мы уже поймали и извлекли.
- Я не уверена, что в одиночку осилю четверых шиноби, - нехотя призналась ты. – Тем более что один из них – Легендарный Копирующий ниндзя.
- Осилишь, - Какудзу нахмурился. – Они на последнем издыхании, за исключением придурка с древесными техниками. Давай, Такара, не разочаровывай меня!

- Твою мать, откуда взялся еще один? – шепотом выругался Ямато.
- На нем нет плаща Акацуки, - высказалась Ино. – Но он на их стороне.
- Возможно новенький, - проговорил Какаши. – В любом случае, мы должны быть начеку. Как мы уже убедились – в Акацуки находятся шиноби с поразительными возможностями. Не исключено, что и у этого припасены тузы в рукаве.
- Нам нужна стратегия, - Чоджи не отрывал взгляда от противника.
- Сначала нужно узнать, на что он способен, - Хатаке чуть нахмурился. – Я выясню, а потом будем действовать по обстоятельствам. Мы должны вымотать противника.



- Уверены, что справитесь, Какаши-семпай? – спросил Ямато. – Ваша чакра…
- Я получил звание джонина далеко не за красивые глазки, - немного раздраженно перебил Копирующий, затем обратился к Узумаки. – Наруто, ты справишься? С Какудзу?
Джинчурики кивнул, внимательно следя за каждым движением нукенина.
- Ну, тогда начнем! – бодро воскликнул Какаши, доставая из сумки несколько сюрикенов.

«Быстрый!» - подумала ты, уворачиваясь от оружия.
В следующий момент тебе пришлось блокировать прямой удар. Кунай и Кусанаги скрестились, высекая искры, а прямо перед твоими глазами сверкал шаринган.
- Хочешь поймать меня в гендзюцу? – осведомилась ты.
Копирующий не ответил, сузив глаза. Что-то знакомое ему почудилось, когда он встретился с тобой взглядом, но пришлось тут же откинуть эту мысль: времени на раздумья ты не давала. Несмотря на то что Хатаке был вымотан, он все равно оставался быстрым, а его сильные удары отбивались с некоторым трудом. Легендарный джонин, чтоб его! Да еще и этот Ямато со своим мокутоном! Было довольно сложно блокировать нападение Хатаке и одновременно следить за тем, чтобы не попасться в древесную тюрьму. Ты бы с легкостью пробила дерево молнией, если что, но на выходе тебя непременно ждал бы Копирующий. Вот и приходилось прыгать как карась на сковородке. Хорошо хоть, что двое оставшихся противников не вмешивались. Впрочем, ты была уверена, что легко бы справилась с толстяком и блондинкой: видела, что они тебе не соперники. Другое дело – опытные джонины.
«Что-то Какудзу долго возится, - недовольно подумала ты, уворачиваясь от очередной атаки и тут же отпрыгивая от другой. – Мне бы не помешала помощь. И, судя по звуку, джинчурики снова применил свою поразительную технику».
Как оказалось, блондин не только применил, но и смог поразить этой техникой нукенина. Всего один удар невообразимой мощи – и Какудзу был повержен. На секунду ты отвлеклась от противников, удивленно смотря на то, как тысячи, а может и больше, похожих на сенбон иголок пронзают тело нукенина. Этой секунды хватило, чтобы Копирующий добрался до тебя со своим Райкири. Резкая боль в груди, ты захлебнулась криком и кровью, маску сорвало, нити молний полоснули по лицу, оставляя на правой щеке глубокие царапины. Ты схватилась за руку джонина, пытаясь вытащить ее из своей раны, и тут посмотрела ему прямо в лицо.
Реакция шиноби была несколько странной: его глаза в ужасе расширились, а с губ сорвалось:
- Акеми?
Почему? Откуда он вообще взял это имя? Почему оно показалось до боли родным, словно было частью тебя самой? Не время об этом думать. Потом. Сначала нужно уйти. Отступить. Залечить рану. Ты не умрешь. Не умрешь, пока в твоей жизни есть Орочимару. Пока ты нужна ему. Он доверил тебе миссию, которую только ты должна выполнить. Ты не можешь его разочаровывать. Ты справишься. Соберись!
Мысли о сенсее словно отрезвили, и, собрав остатки своей силы, ты резво отпрыгнула назад. Тело почти не слушалось, боль была невыносимой, но нельзя… нельзя сейчас сдаваться! Руки дрожали, складывая печати. Никто не останавливал тебя, как ни странно, лишь Хатаке зачем-то дернулся в твою сторону. Но не успел: ты исчезла в яркой вспышке.

Какаши несколько секунд смотрел на то место, где только что стояла Акеми. А в том, что это была именно она, он не сомневался. Но какого черта она делает в Акацуки? Разве Айно не должна быть с Орочимару? У Хатаке было два предположения: либо девушка предала Орочимару и ушла к его врагам, либо она шпионит для змеиного саннина. Теперь уже не узнаешь… с раной, которую он ей нанес, у Акеми нет шанса выжить. Был бы, если б Какаши успел схватить Айно: Цунаде смогла бы ее вылечить даже с таким страшным ранением. Но Хатаке не успел… для него исход ясен. И как он мог не узнать ее? Да, Акеми была в маске, да и чакра не такая, как у ее родителей, что, кстати, странно, но уж по глазам-то он мог понять! Ведь он прекрасно знал эти глаза и мог бы узнать их даже спустя много лет!
«Наруто не простит», - подумал Какаши, почувствовав, как его тело ослабело от долгого использования шарингана.
Копирующий опустился на колени, а около него тут же оказался Узумаки.
- Какаши-сенсей, с Вами все в порядке? – взволнованно спросил джинчурики.
Ино, Чоджи и Ямато тоже столпились вокруг Хатаке, встревожено глядя на него. Сказать – не сказать… дилемма. В этот момент невдалеке показался Шикамару, а с ним Сакура и Сай.
- Справился, - констатировал Копирующий, смотря на умиротворенного гения клана Нара.
Чоджи тут же бросился к своему товарищу, а Какаши перевел взгляд на Наруто. Узумаки выглядел весьма потрепанным, но счастливым. Еще бы: его новая техника, созданная им самим, работала!
«Поговорю с ним потом, без лишних ушей», - решил Какаши.

Ты еле стояла на ногах, отчаянно хватаясь за ствол дерева, чтобы не упасть. Во всем теле была слабость, ноги дрожали, а грудь разрывало от боли. Перед глазами все плыло, ты держалась из последних сил.
«Я не доберусь даже до логова Акацуки, - обреченно подумала ты. – Я просто больше не могу. Черт, так глупо подставиться!»
Ты сползла на землю, скользя ладонью по шершавому стволу дерева, сознание отчаянно сопротивлялось обволакивающей его тьме. Ты понимала, что если сейчас позволишь себе слабость – это будет конец. Сколько ты еще сможешь бороться? Спина ударилась о неровную поверхность земли, небо почему-то стало алым, в голове шумело.
Глаза стали закрываться, а с губ сорвался тихий шепот:
- Простите, сенсей…
Последнее, что ты увидела – встревоженное лицо неизвестного тебе молодого человека.

Орочимару лежал на кровати в своей комнате, а рядом суетился Кабуто с лекарствами. Змеиный саннин был уже очень слаб и предвкушал момент, когда он завладеет телом своего строптивого Саске-куна.
(Автор не пошлый, автор цитирует Орочимару =_=)
- Время на исходе, - проговорил Якуши, протягивая Орочимару какой-то отвратительно пахнущий отвар.
- Я это и без тебя знаю, - отрезал саннин и, поморщившись, выпил лекарство. – Ну и отрава!
- Эта отрава спасает Вам жизнь! – возмутился Кабуто, оскорбленный до глубины души тем, что Орочимару не оценил его трудов.
Некоторые травы было очень трудно достать, практически невозможно, и Кабуто гордился тем, что смог их найти.
- Есть вести от Такары? – спросил саннин, не желая слушать стенания Якуши о том, на какие жертвы он пошел ради своего повелителя.
- Да, ястреб прилетел еще вчера утром. Такара сумела стать частью организации и близко подобралась к шпиону, который добывает о Вас информацию.
- Умница, - усмехнулся Орочимару. – Сразу видно – моя ученица!
Кабуто только хмыкнул. Внезапно с лица саннина сползла усмешка, а его глаза расширились.
- Что с Вами, Орочимару-сама? – переполошился Якуши.
- Такара… я чувствую, что…
Очкарик нахмурился. Орочимару всегда знал, где его шиноби и что с ними. Это было одним из преимуществ Проклятой печати. И, похоже, сейчас змеиный саннин чувствовал, что с его любимицей что-то не так.
- Позови Мичи, - прохрипел Орочимару. – Немедленно!
- Но… - начал было Кабуто.
- Я сказал: немедленно! – рявкнул саннин и тут же закашлялся, а Якуши помчался выполнять приказ.



Мичи Като двадцати двух лет от роду сидела неподалеку от убежища змеиного саннина и задумчиво смотрела куда-то за горизонт. Она давно служила Орочимару, но не выказывала перед ним такого подобострастия, как другие. Будь ее воля, девушка вообще бы ушла, но она знала, что делают с предателями. Как жестоко их убивают, если находят, а находят почти всегда. Если Мичи не изменяла память – только двое смогли спрятаться так, что Орочимару их не нашел, несмотря даже на то, что мог чувствовать своих шиноби через Проклятую печать. Да и не только это удерживало ее здесь: Мичи очень сдружилась с любимицей саннина – Такарой. Хотя Такара и была младше, с ней было интересно пообщаться. А еще она не выпендривалась и не кичилась тем, что была близка к саннину. Близка так, как никто другой. Особо завистливые шиноби распускали слухи об этой самой близости, да такие, что Мичи хотелось разорвать завистников на куски, и рвать помедленнее, чтобы эти самые завистники мучились. Девушка прекрасно знала, что связывает Такару и Орочимару, и ее неимоверно бесили все эти грязные сплетни. Хотя она решительно не понимала, почему ее подруга так любит своего сенсея. Будто он не просто сенсей, а отец. Как можно любить этого скользкого мерзкого типа, помешанного на опытах? Типа, который без всякого сожаления убивает людей пачками ради достижения своей цели. И не важно: женщина или мужчина, ребенок или старик. Когда-то Мичи спросила об этом Такару, и та сильно на нее обиделась и сказала, что ей все равно, что думают другие об Орочимару. Главное – каким знает своего сенсея она. Больше Мичи эту тему не поднимала, но стала приглядываться к подруге: уж очень ей было интересно, что за отношения у саннина со своей ученицей. Сказать, что девушка была поражена, значит не сказать ничего. Она и не думала, что Орочимару способен хоть на какие-то чувства, а к Такаре он явно их испытывал. Словно она была его дочерью… или младшей сестрой. Нет, все-таки, скорее, дочерью. Он всегда был мягок с Такарой, многое ей позволял, но иногда и наказывал, если уж Куроки сильно зарывалась. Впрочем, такое было крайне редко: Такара старалась не наглеть. А однажды Мичи увидела потрясающую картину, которая окончательно уверила ее в том, что Орочимару действительно заботиться о своей любимице.
Мичи возвращалась с миссии, когда услышала дрожащий голос Такары и спокойно-насмешливый – Орочимару. Сенсей и ученица стояли неподалеку от убежища, и Мичи хотела было пройти мимо, но любопытство пересилило.
- Почему Вы поручили эту миссию Саске, сенсей? – вопрошала Куроки. – Я признаю, что не так сильна, как он, но я бы справилась! Ради Вас!
- Я и не сомневаюсь в тебе, моя дорогая, - ответил саннин. – Но ты только недавно вернулась с последнего задания, тебе нужно отдохнуть.
- Но я полна сил! – воскликнула девушка. – Эта миссия слишком важна для Вас, а Саске…
- Саске-кун ее выполнит, - перебил Орочимару. – Не переживай.
- Но почему не я? Почему на все важные миссии Вы посылаете этого Учиху? – с отчаянием выкрикнула Такара. – Или… Вы больше не доверяете мне? Но у меня же не было ни одного провала, и…
- Такара, - голос саннина приобрел стальные нотки. – Не говори глупостей! Я всегда доверял тебе более других и до сих пор доверяю, но на эту миссию я отправлю Саске! И прекрати истерику! Ты знаешь, как я ненавижу это!
Мичи увидела, как нижняя губа ее подруги задрожала, но Такара не дала волю слезам, а лишь опустила голову и тихо вымолвила:
- Да, сенсей…
Выражение лица Орочимару смягчилось, и он, положив ладонь на затылок Такары, наклонился к ней так, чтобы его глаза были на уровне ее глаз.
- Посмотри на меня, - мягко приказал саннин.
Куроки подняла взгляд, а выражение ее мордашки было крайне несчастным.
- Те миссии, которые выполняет Саске, не только важны для меня, - продолжил Орочимару,– но и очень опасны. Ты еще не готова к такому уровню, а я не хочу потерять тебя. Когда ты станешь достаточно сильна, мы вернемся к этому разговору, а сейчас веди себя соответственно своему статусу, договорились? Ты слишком важна для меня, чтобы вот так глупо рисковать твоей жизнью.
Такара немного помолчала, затем произнесла:
- Простите, сенсей, я не имела права себя так вести.
Саннин хмыкнул:
- Прощаю! А теперь идем, моя дорогая, я расскажу тебе об одной из самых интересных и сложных техник.
Орочимару приобнял девушку за плечи, и они направились в убежище, а Мичи еще долго стояла, приходя в себя от увиденного. Саннин не притворялся, он действительно печется о Такаре – в этом не было никаких сомнений. Като всегда умела различать ложь независимо от того, кто лгал: профессионал или дилетант. В этом разговоре девушка услышала не только слова, она услышала интонацию, с какой они были сказаны, и поняла, что у натуры змеиного саннина есть и другая сторона, более… сердечная, что ли…
И об этой стороне знали только приближенные, а таких – Мичи была уверена – всего трое: Такара, Кабуто и, вероятнее всего, Саске. А может и не трое, может, только двое. Девушка не могла представить себе Орочимару, сюсюкающим с Саске. Почему-то она была уверена, что Учиха не выдержал бы, если б с ним сюсюкались. Он же птица гордая, свободная… но еб*нутая.
А спустя пару месяцев счастливая донельзя Такара сообщила Мичи, что у нее суперважная миссия, но в подробности вдаваться не стала. Это потом Като узнала, что Орочимару отправил свою любимицу в логово Акацуки. Первым порывом Мичи было бежать за Такарой, чтобы помочь ей, ведь Акацуки – это не банда малолеток, играющих в песочнице, это опасный враг, не стесняющийся убивать любого, кто встанет на его пути. А уж о том, как они расправляются с предателями, Мичи была наслышана. Куда там Орочимару с его извращенной фантазией. Разумеется, никто никуда не отпустил Мичи, а Кабуто посоветовал ей верить в свою подругу. И Като верила, хотя ужасно переживала и волновалась за Такару.
Шорох за спиной вырвал Мичи из воспоминаний, но девушка не стала оборачиваться, чтобы посмотреть, кто осмелился нарушить ее уединение. Это и так было ясно: Кабуто. Орочимару сейчас не в состоянии встать с кровати, Саске никогда ни с кем не общался и ни к кому не подходил, а больше никого и нет сейчас в убежище.
- Мичи, тебя хочет видеть Орочимару-сама, - раздался голос Якуши.
- Новое задание? – не поворачиваясь, спросила Като.
- Орочимару-сама почувствовал, что с Такарой что-то случилось. Думаю, он прикажет тебе найти ее.
- Что? – девушка вскочила и бегом припустила в убежище.
- И почему все так волнуются за эту девчонку? – пробурчал очкарик. – Что в ней такого особенного?
Его счастье, что Мичи ничего не услышала…

- Вот скажи мне, почему ты вечно в дом что-то тащишь, а?
- Этой девушке нужна была помощь, я не мог пройти мимо!
- Чертов благодетель! Я молчал, когда ты раненых зверей таскал: от кроликов до оленей, но это уже чересчур! Ты хоть понимаешь, что…
- Нет, не понимаю! Я понимаю только то, что если бы я прошел мимо – она бы умерла!
- Да и черт с этим! Подумаешь, на одного шиноби стало бы меньше!
- Слушай, ты чего ерепенишься? Настроение плохое?
- У меня отличное настроение! Было, пока ты не притащил сюда какую-то раненную девку! Если уж в тебе так развито чувство сострадания, отнес бы девчонку в ее селение!
- Во-первых, она бы не дожила даже до ближайшей деревни. Во-вторых, не известно, откуда она – я не нашел при ней протектора с символом селения.
- Ну, надо же! Какая досада…
- Мы можем препираться сколько угодно, но я все равно буду стоять на своем! Я помогу этой девочке, и мне не важно, что ты об этом думаешь!
- Да? А ничего, что ты должен найти кое-кого?
- Вот ты и поищешь, а то совсем обленился! Заодно разомнешь свои старые кости!
- Ты как разговариваешь со старшим братом?
- Не делай такой взгляд, я его уже давно не боюсь!
- А стоило бы…

Ты с трудом открыла глаза, а первой твоей мыслью было: «Где я?»
Ты попыталась поднять голову и осмотреться, но тело было настолько слабым, что и пальцем пошевелить невозможно.
- Очнулась? – раздался голос откуда-то сбоку.
- Пить, - прохрипела ты.
К твоим губам тут же поднесли флягу и заботливо приподняли голову, а ты с жадностью припала к горлышку. Когда ты напилась, фляга переместилась на небольшой столик, и ты смогла разглядеть незнакомца.
На вид ему было около двадцати пяти лет, темные волосы до плеч на затылке топорщились ежиком, черные проницательные глаза…
«На Саске чем-то похож, - вдруг подумалось тебе. – Только старше».
- Я вижу, у тебя много вопросов, - мягко проговорил незнакомец. – Но ты потом их задашь. Сейчас тебе нужно восстановить силы, а для этого требуется нормальный крепкий сон. Я вытащил тебя практически с того света, и мне бы не хотелось, чтобы мои труды пропали даром. Я отвечу на все твои вопросы, но только тогда, когда ты более-менее придешь в себя. А сейчас спи…
Ты хотела было возразить, но веки внезапно отяжелели, и ты провалилась в беспамятство. Мужчина долго тебя рассматривал, после чего подошел к окну и нахмурился. Ему не давало покоя кое-что… то, что он обнаружил в твоем сознании. Когда пытался понять, откуда ты. Он видел воспоминания, связанные с Акацуки и Орочимару, но не смог добраться до воспоминаний детства. А все потому, что на тех воспоминаниях стояла печать, и начни он срывать ее, пока ты в таком состоянии, – твой разум разрушился бы.
- Придется подождать, - тихо сказал мужчина сам себе. – Интересно, какие воспоминания эта печать скрывает?

@темы: фанфики, Наруто, Naruto

URL
Комментарии
2013-03-05 в 14:56 

От Алэйна
~~~
С нетерпением жду продку:) спасибки за такое чудесное произведение:)
А можно лучше пейринг с Тоби?

URL
2013-03-06 в 03:27 

Akemi Hatake
«Человек, познавая любовь, рискует познать ненависть»(с) Мадара Учиха.
Рада, что понравилось)
Увы, нет)

URL
   

Мой Дневник

главная